elille

Blog about interesting people and events around

Поэт Дмитрий Воденников

Leave a comment

Фотограф – Ольга Паволга

Чтобы написать сегодняшнюю статью мне не понадобилось ни встречаться с этим человеком, ни даже задавать ему вопросы через социальные сети.

Все что мне понадобилось – это рекомендация тех, кто пообщался вживую с интересным человеком.

Поэтому благодарю Ирину за написанное сообщение!

Итак, разрешите Вас познакомить с поэтом, писателем и музыкантом Дмитрием Воденниковым.

Дмитрий закончил филологический факультет Московского государственного педагогического института, в данный момент ведет колонку  на сайте www.gazeta.ru, выступает на поэтических вечерах. Также он ведущий передачи «Своя колокольня» на Радио Россия.

Дмитрий считается культовым современным поэтом, в 2007 году на фестивале «Территория» он был избран королем поэтов.

Дмитрий издал несколько книг: «Обещание», «Здравствуйте, я пришел с вами попрощаться» (2007), «Черновик» (2005), «Вкусный обед для равнодушных кошек» (соавтор С.Э. Лин, 2005), «10/30. Стихи тридцатилетних» (соавторы М. Амелин, Д.. Горонас и др., 2002).

В указанных ссылках Вы можете подробнее прочитать интереснейшие интервью с Дмитрием, а в сейчас я бы хотела поделиться понравившимся мне стихотворениями

Фотограф – Ольга Паволга

Единственное стихотворение 2005 года

О, эта мука детских фотографий
людей, которых мы любили или любим
(все эти уши, ёжики и лбы),
она не в том, что все они — жемчужны,
не в том она, что мы им — не нужны,
а в том, что мы про них уже все знаем,
а им не видно — собственной судьбы
.

Ну, вот я и вернулся сюда — в тридесятую эту весну,
в тридцатисемилетнюю пыль, в лопоухие столбики счастья…
— Я хотел рассказать тебе там,
а теперь расскажу тебе тут,
про двух мальчиков, двух медвежат, про двух девочек, Рому и Настю…

Всех прекрасных, сопливых, больных, безработных, нездешних, не наших,
я собрал на апрельском, на майском своем корабле —
бедный мальчик в крапиве (с мечом деревянным)
+ Света, и Саша,
бурундук сумасшедший и девочка на колесе…

Фотограф – Ольга Паволга

Только не было сил у меня быть огромной дощатой скворешней
и тянуть соловьиный кадык в лопушнях золотых неудач…
— Это кто ж, интересно, у нас
тут такой неземной и нездешний?
— Это я, это я тут у вас — весь такой неземной и нездешний,
потетешкай меня, послюни, ткни мне в пузо цветной карандаш.

Потому что я тоже смотрю из своей лопоухой весны
на ужасную взрослую жизнь — и никак не могу наглядеться:
сколько разных, прекрасных, родных —
я когда–то любил и забыл,
в 21 столетье своем, в ненасытном твоем королевстве.

…Бурундук малахольный помрёт, мы схороним его на углу
на медвежьем июньском углу, где сцепились малина с крапивой…
— Я вернулся сюда посмотреть
(потому что потом не смогу)
на корабль, на двух медвежат, на двух мальчиков — Олю и Диму.

Дагаз (из книги Рун)za0LJ5tpX4w

В нежную зелень раннего летнего утра

хорошо начинать жить, хорошо начинать умирать.

… первый камешек — родственник перламутра,
а второй деревянный, а третий — мать.
— А я-то думал: всё, что есть, отдам
за белый цвет, за глиняное детство, —
а сам не знал, какая мука там,
какие судороги, стыд какой, блаженство.

Фотограф – Ольга Паволга

Турисаз (руна недеяния, врата)

Вся наша жизнь — это только погоня за счастьем,
но счастья так много, что нам его — не унести,
до смерти осталось 2-3 незначительных связи,
до смерти не будет уже ни одной настоящей любви.

Хагалаз (град, разрушение)

Настоящая радость резонирует на уровне горла,
а тяжелое чувство и нежность — резонируют на уровне сердца.
Я сегодня это заметил, разговаривая по телефону.
…опустевшее мое глупое горло,
переполнившееся моё сердце
Во всех этих мучениях любви (всех этих злорадных кошачьих играх с другим человеком, вполне дебильных и детских) — самое главное и сладостное знать, что чужое терпение небесконечно.
«Время рассудит» (чего оно там рассудит? — запорошит и всё), «время залечит», тебя забудут, отпустят, простят, перестанут любить…
И почему-то это самое блаженное во всех наших убогих играх.
Никаких резонов. Одно веселое зверство.
Если ж представить, что ты мучаешь человека как бы навек, как в тысячелетнем рабстве, без всякой возможности тебе отомстить (полным потом равнодушием) — вот тут уже тухло всё. Скучно. Погано. Как с ухом — больным.

Нет.
Только так — на границе будущего забвенья.
В ожидании, через лет 5 или 6, на пограничной полосе.
Вот тогда — радость бытия.
И воздух свежее, и солнце ярче, и небо — аквамарин.
— Смотри, туча на дальней границе моего королевства начинает потихоньку пожирать мир. Значит, можно попробовать построить новый.
— Если получится, мой король.

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out /  Change )

Google photo

You are commenting using your Google account. Log Out /  Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out /  Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out /  Change )

Connecting to %s